— Калининград — город достаточно молодой, именно как Калининград. Сейчас он находится в стадии развития. С центром ничего глобального, наверное, уже не произойдет. Какие территории наиболее перспективны с точки зрения появления новых ЖК?
— Насчет развития центра — это вопрос неоднозначный. Во-первых, жилой фонд, построенный в довоенные и послевоенные годы, стремительно ветшает. Во-вторых, планировочно наш центр довольно неэффективен. Характерная черта Калининграда, как и многих городов, которые формировались в советское время, — центр имеет низкую плотность застройки и малое количество квадратных метров жилой и офисной недвижимости, что в свое время стало одной из причин появления так называемой точечной застройки. Свободные территории для нового строительства локализованы на окраинах. И тут кроется классическая ловушка: удаленные районы начинают застраиваться высотными домами и, как следствие, концентрировать большое количество жителей. При этом вся деловая жизнь по-прежнему происходит в большой степени в центре города, что стимулирует суточную маятниковую миграцию, которая перегружает дороги и становится причиной часов пик и пробок. Исторически так сложилось, что город формируют несколько крупных магистралей, а пространство между ними заполняется по остаточному «капиллярному» принципу. Это порождает определенную неравномерность среды, когда рядом с магистралью некомфортно жить, но удобно с точки зрения логистики, а в отдалении от нее не хватает инфраструктуры. Секрет комфортного города лежит в нахождении баланса между концентрацией городских функций, активной экономикой и правильным распределением улично-дорожной сети.

— По вашим словам, новая жилая застройка должна появляться в центре города?
— Имеется в виду другое: естественное старение города рано или поздно потребует обновления фондов недвижимости, и к этому моменту нужно иметь понимание, как делать это правильно. Потребность в увеличении жилой недвижимости в центре диктуется естественными причинами, важно делать это не наскоком, с сохранением качества жизни на обновляемых территориях. Про реновацию в Калининграде пока говорить рано, но готовиться нужно уже сейчас. Москва — первый город, пошедший по пути реновации, и это неизбежный путь для большинства городов, по которому и нам рано или поздно придется пройти. Это правильная альтернатива той самой точечной реконструкции, от которой мы все уходили.
В Калининграде и сегодня есть возможности застройки центра. Логика советского проектирования предполагала большие открытые пространства, и у нас в центральной части города есть ряд сложившихся территорий, которым собственники не уделяют должного внимания: например, старые промпредприятия, ведомственные территории, пришедшие в упадок; часть дворов возле многоквартирных домов, общежитий.

— Сейчас сложилась такая ситуация: люди не воспринимают современную им архитектуру как нечто ценное. Есть ли у нашего города потенциал получить новые районы, которые зададут тренды?
— Город формируется здесь и сейчас. Ценности, которые закладываются, если они действительно ценности, всегда проявятся. На законодательном уровне нет критериев, определяющих качество архитектуры, государство не задает рамок, как будут выглядеть города. Каждый регион может и должен сам создавать свои эталоны. Но нужно понимать, что внешний вид строящихся ЖК по большей части определяет не власть, а застройщики и люди, которые голосуют рублем, покупая те или иные дома.
В Калининграде есть достаточно много примеров качественной архитектуры, которые уже задают локальные тренды. Например, «Рыбная деревня — 2»: казалось бы, жилой дом, но с архитектурными особенностями, вокруг которого создана очень качественная среда, сделано благоустройство, и к этому приложил руку застройщик во взаимодействии с администрациями города и области.

— Вы говорите про туристический центр города, а я про новые спальные районы.
— Не вижу особой разницы в подходе. На окраинах города должна быть сформирована конкурентная среда, когда инвестор, борясь за покупателя, предлагает новую продвинутую архитектуру, интересные фасады, качественные МОПы, благоустройство. В данном случае наше законодательство дает много свободы девелоперам и застройщикам. Регламентирующие документы регулируют лишь общие параметры застройки, но не влияют на ее качество с точки зрения визуальной эстетики, архитектуры.
В прошлом году в регионе было узаконено понятие «архитектурно-градостроительный облик» — часть согласовательного процесса при получении разрешения на строительство, накладывает требования к архитектурному облику объекта. Ранее такого не было, сейчас идет этап его внедрения. Какой эффект мы получим, станет понятно только по прошествии времени: архитектура — сфера довольно консервативная и влияние всех факторов проявляется в течение нескольких лет.

— Интересно, но непонятно, что все же регламентирует этот документ. Назовите хоть пару моментов, которые он содержит.
— Архитектурно-градостроительный облик объекта требует согласования некоторых внешних параметров здания и содержит его объемно-пространственные, архитектурные, колористические и композиционные решения. Документ определяет, как объект должен выглядеть и как он будет вписываться в городскую среду: высоту, габариты здания, допустимые фасадные детали, материалы отделки, цвета, используемые во внешней отделке. Но это относится только к новому строительству и реконструкции.

— Я как раз хотела поговорить о стиле Калининграда нового. Мне кажется, на него сильно влияет память места. В новых коммерчески успешных ЖК часто читается прусская айдентика: формы ганзейских зданий, клинкер в облицовке, намек на фахверк…
— Если мы посмотрим на другие прибалтийские города, то найдем схожие особенности. Но они связаны скорее с масштабом зданий, с этажностью, с ­какими-то декоративными приемами. Например, в береговой зоне читается определенная курортная эстетика: легкая архитектура малой этажности с применением натуральных материалов.
В Калининграде часто звучит фраза «ганзейский стиль», который, на мой взгляд, совершенно не подходит городу нынешнему. Вообще, ганзейского стиля как такового не существует. Есть сложившиеся приемы строительства, которые шли от экономики и строительных методов, существовавших в свое время. При этом они приводились в соответствие и с культурным настроением современников. Сейчас те методы строительства неактуальны, осталась только внешняя оболочка.
Калининградские архитекторы, безусловно, имеют некий особый взгляд, который подпитывается образцами сохранившейся архитектуры. Но больше на «прусский вид» зданий влияют застройщики, эта тема одно время очень хорошо продавалась. Сейчас, мне кажется, покупателями более востребована недвижимость современной эстетики, и она активно заявляет о себе в городе.
Для меня как для профессионала вопроса про «историческую» архитектуру или «неисторическую» вообще не существует: в каждое здание закладывается определенная программа, функция, роль, которую оно должно играть в будущем. В том числе это касается имиджа и эстетики здания. Иногда среда сама требует каких-то исторических решений, с налетом старины. При этом лично я не сторонник имитаций. Все искусственное — быстро проходящее. Можно сделать современную архитектуру, которая отлично увязывается с историческим контекстом. И примеры есть. Комплекс «Ластадие» на ул. Виктора Гюго абсолютно соответствует той застройке, которая была ранее на этой территории, и тому образу Калининграда, который я хотел бы видеть и за которым едут сюда туристы. Архитектура в числе прочего формирует экономику региона, поэтому нужно строить современно, строить красиво, чтобы жить лучше, — это главная цель.

— Не могу не спросить про территорию около снесенного Дома Советов. Многострадальное место в городе. Сейчас появился проект его застройки — ландшафтный парк. Зеленые насаждения займут около 10 га. Кроме того, здесь планируется разместить здание Национального центра «Россия», выставочные и экспозиционные пространства. И опять не то! Многие калининградские архитекторы выступили против.
— Проектированием застройки Центральной площади занимается калининградское архитектурное бюро «Другая архитектура». Его команда проделала большую, сложную работу. Проект курируется правительством Калининградской области, на данный момент он в стадии доработки.
Место очень важное и сложное, поэтому то, что проект вызывает активное обсуждение у горожан и в профессиональной среде, — ожидаемо. На мой взгляд, парк — это неплохой шаг по сравнению с капитальным строительством, которое безвозвратно меняет территорию. В случае благоустройства это происходит более мягко, оставляя возможность в будущем еще подумать о потенциальной застройке.

— Где в Калининграде самое комфортное место для проживания, на ваш взгляд? Где стоит приобретать недвижимость?
— Где правильно сегодня покупать недвижимость — не отвечу, а если говорить про качество жизни, то я выделяю малоэтажные кварталы вилл вокруг проспекта Мира, улиц Кутузова, Тельмана и к ним прилегающие районы (старые названия — Амалиенау, Ратсхоф, Хуфен). Это все зеленые территории, в которые изначально закладывалась идея качества среды и комфортного проживания. И эти принципы до сих пор работают, несмотря на то, что многие улицы нынешнего Центрального района довольно запущены.

— А вы сами где живете?
— Там и живу, в бывшем Хуфене.