Один на всех: интервью с Димой Логиновым о дизайне и не только

Очень личный взгляд на предметный дизайн и честный рассказ о собственных принципах работы Димы Логинова, российского дизайнера с мировым именем.

текст: Елена Федотова

Дима Логинов в сфере предметного дизайна — человек-легенда. Коренной москвич начал свою карьеру с сотрудничества с известными европейскими брендами. Еще 10 лет назад его имя было мало кому известно. Сегодня каждый месяц интервью с Димой появляется на страницах ведущих мировых изданий о дизайне и не только. Во время Недели дизайна по приглашению компании «Санилюкс» Логинов приехал в Калининград со своим мастер-классом и любезно ответил на вопросы «КД».

Ольга Шестерова, Дима Логинов, Елена Федотова, Олег Нуштаев.

— Вы хорошо чувствуете тренды, придет ли в новом году новый стиль в интерьеры?
— Он напрашивается, безусловно. Стиль, который в последние годы овладевал миром дизайна, ослабевает. Я называю его «новым ретро» или «хипстерским ретро», потому что именно хипстерская культура стала его основой.
Ретростиль держится уже последние лет семь. Он глобальный и захватывает многие сферы нашей жизни. Если 10 лет назад везде были суши-бары, то теперь кофейни и бургерные, и хипстеры приложили к этому свою руку. В моде и интерьерах они тоже навели «свой порядок», хотя многие интерьерные дизайнеры этого не осознают.
Сегодня новое ретро представлено во всех магазинах масс-маркета, зайдите в Zara Home, и вы увидите все эти золотые, мраморные вещи, гексагоны, бархат и пыльные цвета, которые еще два года назад были на iSaloni. Приход стиля в массы — явный признак его угасания, и на смену ему придет что-то совершенно иное. По логике вещей, после такого насыщенного декоративными деталями стиля наверняка образуется что-то демократичное, минималистичное, простое. Лично я не могу точно сказать, что это будет.
— Вы занимаетесь «предвосхищающим дизайном», пытаетесь сделать вещи, которые завтра будут 100% модными и продаваемыми?
— Я вообще в этом плохо разбираюсь. Когда я делал светильники Nostalgia для Studio Italia design, я и не предполагал, что они станут одними из самых продаваемых у бренда и принесут мне весьма приличные роялти. А оказалось — хит! Это стало мне хорошим уроком: никогда не надо пытаться поймать моду, а делать то, что нравится. Рынок сам решит.

Коллекция Nostalgia для фабрики Studio Light Italia.
— По образованию вы дизайнер интерьера. Это помогает карьере промышленного дизайнера?
— Помогает, и очень сильно. Я всегда рассматриваю любой проектируемый предмет в контексте интерьера и именно так презентую его производителю. Иногда предмет перешагивает границы моих представлений. К примеру, я никогда не предполагал, что мой светильник повесят в церкви. Было удивительно и приятно, когда мне прислали фото швейцарской церкви (я даже не знаю, в какой местности она находится) — и в ней Nostalgia, причем это не модерновая церковь (сейчас в мире много храмов современной архитектуры и дизайна), а классическая католическая, с витражами.
— Ваши интервью быстро расходятся на цитаты. Одна из них звучит так: «Очень важно для дизайнера здраво оценивать свои способности и перспективы». Как вы оцениваете свои?
— Я просто знаю свои сильные стороны, например, как вы подметили, я чувствую тренды, потому что у меня очень большая «насмотренность», моя голова — это Национальная библиотека конгресса США по дизайну. Кроме того, я достаточно хорошо ощущаю продукт и понимаю, что именно хорошо будет смотреться в интерьере, витрине шоу-рума, на обложке журнала. У меня есть чутье к этому. Видимо, мне суждено было стать именно предметным дизайнером, потому что таковы мои сильные стороны.
Слабые стороны тоже знаю: лень, неспособность коммуницировать. Я не умею предлагать свои услуги, могу ответить на предложение и создать дизайн, тогда все будет замечательно. Но как только я пробую предложить свои услуги какой-то фабрике сам — все, двери закрыты. Есть еще одно неоднозначное качество, которое мне иногда мешает, а порой помогает — низкая самооценка, мне всегда кажется, что моя работа вышла хуже, чем у других, и это меня сильно тормозит. А иногда, напротив, заставляет доработать вещь, действительно улучшив ее.

Подвесные светильники Fedora. AXO Light.
— Вы практически не работаете с нашими производителями, насколько я знаю, у вас был только один опыт сотрудничества с российским заказчиком.
— Ситуация немного изменилась, сейчас у меня три новых отечественных заказа — это мебель, керамическая плитка и хрустальная ваза. В общей сложности это 11 разных коллекций, и я надеюсь, что в следующем году они уже все выйдут в тираж. Керамическая плитка, которую я разработал для питерской компании «Нефрит керамика», будет представлена на московской выставке «Батимат» в апреле следующего года вместе с коллекцией мебели для ванной комнаты. Мои работы появятся и на стенде итальянского производителя Mia Italia, кстати, с владельцами фабрики мы вместе приехали сейчас в Калининград по приглашению компании «Санилюкс».
— Многие промышленные дизайнеры, наши и тем более европейские, не рискуют сотрудничать с российскими фабриками, ссылаясь на низкое качество по сравнению с итальянским. Но на ваш взгляд, у нас есть потенциал?
— Пожалуй, картина с годами улучшается. Пока у меня нет особых претензий по качеству к российским фабрикам, все, что я видел, вполне приемлемо. Надо понимать, что российские производители сейчас не просто так активизировались. Платежеспособность населения сильно упала, и рынок не готов платить, как 10 лет назад, за итальянские продукты, поэтому у россиян появился шанс. Они назначают цену ниже, чем у Италии и Германии, отвечающую возможностям нашего рынка. Но это означает и соответствующий компромисс по качеству. Это разумная сделка потребителя и производителя — за определенные деньги мы получаем вполне определенное качество. В конце концов, когда мы приходим в Ikea, мы понимаем, что берем за эти деньги далеко не Poliform и не Minotti.
— Вам присылают свои работы молодые дизайнеры, чтобы получить экспертное мнение?
— Да постоянно! Я смотрю, но терпеть не могу критиковать чужую работу. Мне кажется, что я просто права не имею говорить человеку, что это плохо сделано или у этого дизайна нет перспектив. Я нередко участвую в профессиональных конкурсах в качестве члена жюри, и вот тут мне приходится заниматься экспертной оценкой.

Концепт кресла Dounyasha.
— Видите копирование себя?
— Обычно это приятные сюрпризы, однажды архитектор прислала мне свою дипломную работу, она сделала фасад здания по такому же принципу, что спроектирован мой светильник Curl My Light. Было очень красиво. А сами предметы какой смысл копировать? С этим отлично справляются китайцы.
— А вас не зовут преподавать известные ВУЗы дизайна?
— Нет, мне кажется, они меня побаиваются. Да и если честно, мне не нравится преподавать. Это очень специфическая вещь, и надо иметь много терпения. Может быть, когда-нибудь у меня и получится его в себе выработать, но иногда просто бесит — в вузы часто приходят люди по неизвестно каким причинам, может быть, от скуки, но явно не для того, чтобы заниматься дизайном.
— С чем бы вы хотели поработать, но пока не довелось?
— Я обожаю фарфор, и мне было бы очень интересно предложить что-нибудь для сервировки, но когда это случится, не знаю. Я вообще не строю длинных планов — это мой способ жить, есть планы только на очень короткий промежуток времени.

Бра NOHO. Фабрика «Механика Света».
— У нас в Калининграде предметный дизайн только зарождается, что бы вы могли посоветовать мастерам?
— Self-production* — это одно из перспективных направлений, и я верю в дизайнеров, которые будут небольшими тиражами выпускать свои коллекции. Но это судьба всех стран, которые не имеют большого влияния на мировой рынок. Россия именно такая, мы потребители, а не производители. На самом деле не так много стран, которые задают тон в дизайне, и мы пока не входим в это число. Может быть, когда-нибудь войдем, ведь это мы сделали «Русские сезоны», у нас был авангард, конструктивизм, и, вполне вероятно, лет через тридцать о России все вновь заговорят.
*Собственное производство